Нередко научное открытие или его предвидение связано с именем учёного-первопроходца. Ну, скажем, таблица Менделеева или теорема Ферми. Но не ищите в словарях и энциклопедиях эффекта Бруно. Хотя такой термин долго был в ходу у физиков Дубны — они-то его и придумали. Речь идёт о самом явлении гениального учёного, одного из корифеев ядерной физики — Бруно Понтекорво. Эффект, произведённый когда-то его приездом в Дубну, не на день, не на месяц — на всю оставшуюся жизнь, и в самом деле был ошеломляющим.
ТРИДЦАТИСЕМИЛЕТНИЙ итальянский физик с мировым именем, много лет работавший в США, в 1950 году неожиданно выбрал местом своего проживания СССР. Потом-то, полвека спустя, когда на старости лет заговорили ветераны советской разведки, оказалось, что переезд учёного со всем семейством — женой и двумя детьми — был самым настоящим побегом через Швецию и Финляндию, тщательно подготовленным советскими спецслужбами. Небезызвестный Павел Судоплатов утверждал, что учёный уже с 1940 года сотрудничал с нашей разведкой и ничего невероятного в этом нет. Бруно Понтекорво уже в середине 1930-х годов вступил в подпольную Итальянскую коммунистическую партию. К этому подтолкнула его не только развязанная фашистами гражданская война в Испании. Он был из тех людей, которые все свои надежды на будущее связывали с коммунистической идеологией, с бесклассовым обществом, свободным от страшной растлевающей власти денег.
