Здесь когда-то было изображение.
Большинство людей вспоминает свое детство с восторгом, как абсолютно счастливую и беззаботную пору. Автор этих строк не является исключением – детство осталось в моей памяти островком безусловного счастья. Оно вместило в себя множество незабываемых моментов: учебу в одной из старейших школ Москвы, сбор металлолома и макулатуры, пионерские лагеря, хоккейные и футбольные баталии на залитом собственными руками ледяном катке и зеленом травяном газоне, первые влюбленности, игры в лапту и «казаки-разбойники», полеты на «тарзанке» и много чего еще прекрасного. В числе последнего – советские детские фильмы, которые вошли в мою жизнь отдельной строкой. На мой взгляд, это лучшее кино из всех существующих, которое «перепахало» не только меня, но и, уверен, миллионы моих соотечественников. Но вот ведь «перегиб и парадокс», как пел В. Высоцкий: мы все воспитывались на одном великом советском детском кинематографе, воспевавшем патриотизм и любовь к ближнему, но когда выросли, позволили легко пустить всё это под откос. Как это стало возможным, что дети, проливавшие слезы на просторах одной страны по героическому Мальчишу-Кибальчишу и проклинавшие предателя Плохиша, когда выросли, позволили плохишам продать свою родину за «банку варенья и корзину печенья»? Есть ли вина в этом нашего детского кинематографа или это наша собственная вина, что мы так легко сумели переродиться из творцов в губителей?
