Чат Ⅲ

1-й морпех:
Кажись, неважно наше положенье,
Там, впереди, замечено движенье.
2-й морпех (вглядываясь):
My god! Недоставало этих бед
Ведь это русский boevoy moped!
1-й морпех:
Что за машина там? Грязна и некрасива.
2-й морпех:
О ужас! Это Panzer Niva!
1-й морпех:
А дядька с палкою? Никак не разберу.
2-й морпех(мрачно):
А это, брат, спецназец ГРУ.
Он, как известно, супермегакрут,
Спецназовцы – те пленных не берут.
Чего уж там, он держит пулю в лоб.
Его боялся даже Робокоп.
Не выживет никто при встрече с ним.
А палка – boevoy zabornyi dryn.
1-й морпех (нервничая):
Заданье, думаю, нам стоит отменить.
Плевать на всех, самим бы, блин, свалить.
(Хаммер разворачивается и едет назад. На базу, тем временем, приползают уцелевшие правосеки.)
Правосек:
Здесь всё не так, не то, что нам втирали!
Я видел, как другие умирали!
Ведь было весело и я для интереса…
Американский инструктор (теребя ремень):
Есть евроспособы для снятья стресса.
А вы на европейскость очень падки.
Идём туда, вот там в кустах палатки…
(Оба удаляются в отдельностоящую палатку. Через некоторое время раздаётся вопль, и из палатки пытается вылезти полуголый правосек )
Правосек (отбиваясь):
Сие не включено в устав несенья службы!
(из палатки высовывается рука, и хватает правосека за ногу, затягивая внутрь)
Американский инструктор:
Познай всю силу европейской дружбы!
(На блокпосте под Славянском).
Стрелков (смотрит на лагерь в бинокль):
Что там за крик и вопль? Всё ходуном.
Бабай (принюхиваясь):
И тянет, чую, будто бы… говном.
Стрелков (вздыхая):
Поди опять скребут друг другу зад.
Эх, друг Бабай, отправь туда снаряд.
(Бабай, ухмыляясь, заряжает «Нону» и делает выстрел. Снаряд попадает в контейнер с печеньем, и оно разлетается шрапнелью, поражая живую силу противника).
На следующий день. Киев. Джен Псаки на брифинге с журналистами.
Псаки:
Итак, я вас сегодня собрала,
Чтоб обсудить текущие дела.
И заявляю прямо, без прикрас,
Россией применён боеприпас,
(по слухам, стоит много денег)
С кассетой из полоньевых печенек.
Барак Обаса очень возмущён
Ведь сей боеприпас был запрещён.
И чтоб вину России искупить.
Сей счёт немедля просим оплатить.
Журналист (издевательски-серьёзно):
Есть информация, буквально только вот
Объёмно-детонирующий торт
Был кем-то Славянском применён
И виноват в сём…
Псаки (уверенно):
Путин. Только он.
(Зал смотрит выжидающе, Псаки роется в бумагах, надеясь найти что-то про сей странный инцидент. Но в тексте ничего такого нет, а сказать что-то надо).
Псаки (неуверенно):
Ах торт… Но от него «плывёт» фигура…
Бреннан (со вздохом):
И всё ж она клиническая дура.
Однако здесь не ладятся дела
Вся популяция морпехов полегла.
Пусть местные всё разгребают сами,
А я поеду на доклад к Обаме.
На другом конце земли, в Белом доме. Обама вжался в президентское кресло с ногами. Всё вокруг завалено бананами.
Обама (нервно грызя ногти):
Я слышал, что опять у нас разгром.
Посмотришь – только Путины кругом.
Вокруг одни шпионы, Джо, послушай.
Вон та стена – там путинские уши!
А здесь его глаза. Они страшны!
Бреннан (про себя):
Подсматриваньем больше мы грешны.
Обама:
Смотри, они из-под стола ползут!
Спаси меня, Джо…!
(в дверь постучали)
Обама (открывает окно и выпрыгивает):
Русские идут!!!
(Входит недовольная Мишель и приносит новую связку бананов)
Мишель (недовольно):
Он здесь устроил продуктовый склад?
А где Барак?
Бреннан (подходит к окну и смотрит вниз):
Пошёл проверить сад.
(Мишель удаляется, Бреннан смотрит на лежащего посередине клумбы Обаму)
Бреннан:
Ну что за идиотский эпатаж.
Ведь не убился… Здесь один этаж.
(подходит к президентскому креслу и садится в него)
Пора негрилу с должности снимать,
И самому правленье принимать.
Неадекватен, чёрная свинья.
Отныне Путин, твой противник – я.
Занавес.