А может и нормальный подход?
Чего плакать, если человек пожил хорошо?
Понятно, если умер молодым, обидно, мог бы сделать еще очень много.
А по старику зачем плакать?
Мне бы очень не хотелось увидеть на своих похоронах безжалостно фальшивящий оркестрик с Реквиемом. Уж лучше так, красиво, с танцами.
Группа людей со скорбными лицами и музыкальными инструментами. Впереди бригадир — дирижер. Звонок. Выходит жилец.
Бригадир (вежливо приподнимает шляпу): Ай-я-яй, мне уже говорили. Такое горе!
Жилец: Какое горе?
Бригадир: У вас похороны?
Жилец: Похороны?
Бригадир: Ришельевская шесть, квартира семь?
Жилец: Да.
Бригадир: Ну?
Жилец: Что?
Бригадир: Будем хоронить?
Жилец: Кого?
Бригадир: Что значит "кого"? Кто должен лучше знать, я или ты? Ну, не валяй дурака, выноси.
Жилец: Кого?
Бригадир: У меня люди. Оркестр. Пятнадцать человек живых людей. Они могут убить, зарезать любого, кто не вынесет сейчас же. Маня, прошу.
Толстая Маня, в носках и мужских ботинках, ударила в тарелки и посмотрела на часы.
Жилец: Минуточку, кто вас сюда прислал?
Бригадир: Откуда я знаю? Может быть, и ты. Что, я всех должен помнить?
Из коллектива вылетает разъяренный Тромбон.
Тромбон: Миша, тут будет что-нибудь, или мы разнесем эту халабуду вдребезги пополам. Я инвалид, вы же знаете.
Бригадир: Жора, не изводите себя. У людей большое горе, они хотят поторговаться. Назовите свою цену, поговорим как культурные люди. Вы же еще не слышали наше звучание.
Жилец: Я себе представляю.
Бригадир: Секундочку. Вы услышите наше звучание — вы снимете с себя последнюю рубаху. Эти люди чувствуют чужое горе, как свое собственное.
Жилец: Я прекрасно представляю.
Бригадир: Встаньте там и слушайте сюда. Тетя Маня, прошу сигнал на построение. Толстая Маня ударила в тарелки и посмотрела на часы.
Бригадир (прошелся кавалерийским шагом): Константин, застегнитесь, спрячьте свою нахальную татуировку с этими безграмотными выражениями. Вы все время пишете что-то новое. Если вы ее не выведете, я вас отстраню от работы. Федор Григорьевич, вы хоть и студент консерватории, возможно, вы даже культурнее нас — вы знаете ноты, но эта ковбойка вас унижает. У нас, слава Богу, есть работа — уличное движение растет. Мы только в июле проводили пятнадцать человек.
Теперь вы, Маня. Что вы там варите на обед, меня не интересует, но от вас каждый день пахнет жареной рыбой. Переходите на овощи или мы распрощаемся. Прошу печальный сигнал.
(Оркестр играет фантазию, в которой с трудом угадывается похоронный марш).
Жилец (аплодирует): Большое спасибо, достаточно. Но все это напрасно. Наверное, кто-то пошутил.
Бригадир: Может быть, но нас это не касается. Я пятнадцать человек снял с работы. Я не даю юноше закончить консерваторию. Мадам Зборовская бросила хозяйство на малолетнего бандита, чтоб он был здоров. Так вы хотите, чтоб я понимал шутки? Рассчитайтесь, потом посмеемся все вместе.
Из группы музыкантов вылетает разъяренный Тромбон.
Тромбон: Миша, что вы с ним цацкаетесь? Дадим по голове и отыграем свое, гори оно огнем!
Бригадир: Жора, не изводите себя. Вы же еще не отсидели за то дело, зачем вы опять нервничаете?
Жилец: Почем стоит похоронить?
Бригадир: С почестями?
Жилец: Да.
Бригадир: Не торопясь?
Жилец: Да.
Бригадир: По пятерке на лицо.
Жилец: А без покойника?
Бригадир: По трешке, хотя это унизительно.
Жилец: Хорошо, договорились. Играйте, только пойте:
в память Сигизмунд Лазаревича и сестру его из Кишинева.
(Музыканты по сигналу Мани начинают играть и петь:
"Безвременно, безвременно... На кого ты нас оставляешь? Ты туда, а мы — здесь. Мы здесь, а ты — туда". За кулисами крики, плач, кого-то понесли).
Бригадир (повеселел): Вот вам и покойничек! Жилец. Нет, это только что. Это мой сосед Сигизмунд Лазаревич. У него сегодня был день рождения.
Россия не будет вносить в Совет Безопасности ООН инициативу о создании бесполетной зоны над востоком Украины, так как считает, что не найдет поддержки среди западных партнёров. Об этом сегодя заявил замглавы МИД РФ Геннадий Гатилов
А что, что то отвалится от попытки?
Злые клоуны
Глядя на Украину сейчас, можно с уверенностью сказать, что в чем-то Кличко был все же прав: не только лишь все могут смотреть в завтрашний день. Не все могут смотреть в завтрашний день, в котором Кличко — мэр Киева.
Странно только одно: почему-то не смешно.
Раньше было смешно, а теперь — нет.
Раньше все, что происходило на Украине, напоминало нам цирк. Это был очень плохой цирк. Злой. Там из людей делали клоунов: одевали их в шаровары, учили танцевать гопак, внушали им, что вот эти штаны, гопак, тризуб и чуб, они и есть самая настоящая человеческая полноценность, а потом выпускали на арену.
Не все, разумеется, вербовались в клоуны. Но завербовалось достаточное количество, чтобы играть "авангард нации" всех видов — передовую вышиваночную молодежь, передовую интеллигенцию, крестьянство, искусство, даже передовых вышиваночных шахтеров, евреев и подводников.
Клоуны гопаковали, прохаживались гоголем, говорили на мове, спивали и ждали от публики искреннего восхищения.
Публика смеялась. Кто-то в кулак, кто-то вслух.
Клоуны недоумевали. Клоуны сердились. Клоуны учились ненавидеть. Клоуны угрожали. Клоуны рубили публику надувными саблями и расстреливали из надувных ружей.
Это было противно. Но все же смешно.
Клоуны прямо на глазах у публики разработали собственную философию, в которой клоуны являлись исключительным человеческим видом с особыми неповторимыми достоинствами, дающими им право на власть и установление правил и законов, на насилие.
Прямо на глазах у публики клоуны освоили новые виды представлений — факельные марши, грозные речевки. Начали петь песни про штурмгеверы. Обзавелись идолами и героями.
Один из этих идолов, согласно легенде, в юности для тренировки воли душил кошек, представляя на их месте "ворогов нации". Вы только представьте себе силу воображения, степень перевоплощения. Могли бы вы сами настолько хорошо поверить в то, что кошка — "ворог нации", чтобы придушить ее?
Сейчас, когда злые клоуны искренне радуются смерти женщины, погибшей при вчерашней бомбардировке Луганска, они просто точно так же представляют себе, что она — "ворог нации". Точно так же, как их бог Бандера представлял себе ворогов на месте кошек.
Они в образе.
Они не в состоянии жить настоящей жизнью в настоящем мире, с настоящими врагами, настоящими друзьями, настоящей любовью, настоящим искусством, настоящей литературой, настоящей войной. Они существуют в цирковых декорациях, приспособленных для того, чтобы карлики, уроды и клоуны могли казаться себе чем-то значительным и величественным.
Когда-то это было смешно.
Пока хозяин цирка не выдал озлобленным, обученным ненавидеть клоунам настоящее оружие.
Клоуны так натренировались заставлять себя верить, что сначала верят в то, что женщины и дети — вороги нации, затем жгут их в Одессе, расстреливают в Мариуполе, бомбят в Луганске, а потом верят в то, что это на самом деле не они их убили, а те убились сами. Потом верят в то, что героически победили страшных врагов. Потом — снова в то, что враги погибли сами.
Просто в клоунских шароварах и вышиванке под оселедцем нет никакого человека. Нет человеческой полноценной личности. Она выменяна хозяином цирка на прекрасные шаровары, вышиванку и оселедец.
И клоун считает, что совершил невероятно выгодный обмен потому, что так же проще. Гораздо проще записать себя в человеки на основании прекрасной, удобной, европейской национальной идентичности, которая доказывается шароварами и оселедцем, чем стать им ценой целой жизни.
У клоуна — сознание клоуна, лицедея, который умеет верить во все. Он готов поверить и принять как реальность любое отступление от нее, любую гипотезу, если это необходимо для сохранения образа. Они могут ползать на коленях перед иноземцем сегодня и искренне презирать вас за недостаточную свободу духа завтра.
Клоуны стреляют из настоящих автоматов, минометов, бомбят города. Людей. Живых. Превращают в мясо. И при этом заливаются истеричным цирковым хохотом, словно дерутся погремушками и стреляют из брызгалок.
Потому, что понятие реальности уже уничтожено. Правда — это то, что скажет хозяин цирка. Так проще.
Вот раньше читаешь что-то из перлов российской оппозиции — и смешно. То Романова православных непристойно обзовет, то ветеранов "жывотными", то Гозман СС приравняет к СМЕРШ, а Быков заявит, что не возражал бы стать абажуром, лишь бы не пришлось за свою жизнь благодарить этот несимпатичный народ. Да много они всего говорили и писали.
Противно было. Но смешно.
А сейчас уже нет.
Раньше в Украине народ жил сам по себе, власть и "клоуны" — сами по себе.. Но тут ВНЕЗАПНО! то ли по примеру восточного соседа, то ли по его "навету" — клоунам захотелось стать "как у соседа" — выше народа.. а хрен там. Не те уж люди, и отвыкло большинство от "совка" уже..
гааааарно!!! Личный состав Луганской воинской части передислоцирован, никто не захвачен и не сдавал оружие, — Нацгвардия
Личный состав Луганской воинской части передислоцирован, никто из гвардийцев не захвачен и не сдавал оружие. Об этом "УНН" сообщили в пресс-службе Нацгвардии. "Почти все помещение воинской части во время штурма было уничтожено. Оставаться там не было никакого смысла. Нацгвардейцы отстреляли все, до последнего патрона, заставили террористов отступить и под огневым прикрытием передислоцировались", — заявили в пресс-службе. В Нацгвардии отметили, что ни один из гвардийцев не перешел на сторону террористов и никто не был захвачен. "Гвардейцы не отдали ни одной единицы оружия. Личный состав в / ч 3035 передислоцирован", — отметили в Нацгвардии.
Больше читайте здесь: 112.ua
бля... "передислоцирован"!!!!
не прорвались сквозь тесные ряды "террористов", коих было числом 100500, не отпускали их ополченцы.
это было "передислокация"!!!! части, а ополченцев там не было, неее.. ни "плотного снайперского, минометного огня, автоматического стрелкового оружия" .. не.... и ополченцев не убили ни одного, никого не ранили. а ранения нац.гвардии — дык это или бытовые ранения, или неосторожное обращение с оружием!!!.. яяя-баааа...
бля, "передислоцирован"!!!!
подчеркну:
Нацгвардейцы отстреляли все, до последнего патрона, заставили террористов отступить и под огневым прикрытием передислоцировались
все отстреляли а ааа до паааследнего патрона
и под огневым прикрытием (темной-темной ночью) передислоцировались.
да ахуеть, нинзя. джапы нервно курят!
Наш школьный учитель труда во время Великой Отечественной войны, будучи мальчишкой, дважды видел пленных немецких лётчиков, сбитых возле его родной деревни.
Первый раз это случилось в начале войны, когда фронт шёл с запада на восток. Местные жители отнеслись к немцу доброжелательно, даже напоили молоком.
Второй случай произошёл вскоре после освобождения, когда фронт прошёл обратно. Лётчика забили насмерть. Причём данный конкретный лётчик ничего плохого жителям данной конкретной деревни не сделал. Просто держался вызывающе, кто-то из деревенских его толкнул, ну а дальше… Конвой защитить не смог, потому что для спасения немца пришлось бы стрелять по своим.
Раненый вертолётчик, сбитый под Славянском — это первая стадия. Пыхалов.
Комментарии
Чего плакать, если человек пожил хорошо?
Понятно, если умер молодым, обидно, мог бы сделать еще очень много.
А по старику зачем плакать?
Мне бы очень не хотелось увидеть на своих похоронах безжалостно фальшивящий оркестрик с Реквиемом. Уж лучше так, красиво, с танцами.
Бригадир (вежливо приподнимает шляпу): Ай-я-яй, мне уже говорили. Такое горе!
Жилец: Какое горе?
Бригадир: У вас похороны?
Жилец: Похороны?
Бригадир: Ришельевская шесть, квартира семь?
Жилец: Да.
Бригадир: Ну?
Жилец: Что?
Бригадир: Будем хоронить?
Жилец: Кого?
Бригадир: Что значит "кого"? Кто должен лучше знать, я или ты? Ну, не валяй дурака, выноси.
Жилец: Кого?
Бригадир: У меня люди. Оркестр. Пятнадцать человек живых людей. Они могут убить, зарезать любого, кто не вынесет сейчас же. Маня, прошу.
Толстая Маня, в носках и мужских ботинках, ударила в тарелки и посмотрела на часы.
Жилец: Минуточку, кто вас сюда прислал?
Бригадир: Откуда я знаю? Может быть, и ты. Что, я всех должен помнить?
Из коллектива вылетает разъяренный Тромбон.
Тромбон: Миша, тут будет что-нибудь, или мы разнесем эту халабуду вдребезги пополам. Я инвалид, вы же знаете.
Бригадир: Жора, не изводите себя. У людей большое горе, они хотят поторговаться. Назовите свою цену, поговорим как культурные люди. Вы же еще не слышали наше звучание.
Жилец: Я себе представляю.
Бригадир: Секундочку. Вы услышите наше звучание — вы снимете с себя последнюю рубаху. Эти люди чувствуют чужое горе, как свое собственное.
Жилец: Я прекрасно представляю.
Бригадир: Встаньте там и слушайте сюда. Тетя Маня, прошу сигнал на построение. Толстая Маня ударила в тарелки и посмотрела на часы.
Бригадир (прошелся кавалерийским шагом): Константин, застегнитесь, спрячьте свою нахальную татуировку с этими безграмотными выражениями. Вы все время пишете что-то новое. Если вы ее не выведете, я вас отстраню от работы. Федор Григорьевич, вы хоть и студент консерватории, возможно, вы даже культурнее нас — вы знаете ноты, но эта ковбойка вас унижает. У нас, слава Богу, есть работа — уличное движение растет. Мы только в июле проводили пятнадцать человек.
Теперь вы, Маня. Что вы там варите на обед, меня не интересует, но от вас каждый день пахнет жареной рыбой. Переходите на овощи или мы распрощаемся. Прошу печальный сигнал.
(Оркестр играет фантазию, в которой с трудом угадывается похоронный марш).
Жилец (аплодирует): Большое спасибо, достаточно. Но все это напрасно. Наверное, кто-то пошутил.
Бригадир: Может быть, но нас это не касается. Я пятнадцать человек снял с работы. Я не даю юноше закончить консерваторию. Мадам Зборовская бросила хозяйство на малолетнего бандита, чтоб он был здоров. Так вы хотите, чтоб я понимал шутки? Рассчитайтесь, потом посмеемся все вместе.
Из группы музыкантов вылетает разъяренный Тромбон.
Тромбон: Миша, что вы с ним цацкаетесь? Дадим по голове и отыграем свое, гори оно огнем!
Бригадир: Жора, не изводите себя. Вы же еще не отсидели за то дело, зачем вы опять нервничаете?
Жилец: Почем стоит похоронить?
Бригадир: С почестями?
Жилец: Да.
Бригадир: Не торопясь?
Жилец: Да.
Бригадир: По пятерке на лицо.
Жилец: А без покойника?
Бригадир: По трешке, хотя это унизительно.
Жилец: Хорошо, договорились. Играйте, только пойте:
в память Сигизмунд Лазаревича и сестру его из Кишинева.
(Музыканты по сигналу Мани начинают играть и петь:
"Безвременно, безвременно... На кого ты нас оставляешь? Ты туда, а мы — здесь. Мы здесь, а ты — туда". За кулисами крики, плач, кого-то понесли).
Бригадир (повеселел): Вот вам и покойничек! Жилец. Нет, это только что. Это мой сосед Сигизмунд Лазаревич. У него сегодня был день рождения.
А что, что то отвалится от попытки?
заголовок статьи с украинской правды.
а я думал, что ПП — это Полный Песец.))))) ашибся, видна..
Глядя на Украину сейчас, можно с уверенностью сказать, что в чем-то Кличко был все же прав: не только лишь все могут смотреть в завтрашний день. Не все могут смотреть в завтрашний день, в котором Кличко — мэр Киева.
Странно только одно: почему-то не смешно.
Раньше было смешно, а теперь — нет.
Раньше все, что происходило на Украине, напоминало нам цирк. Это был очень плохой цирк. Злой. Там из людей делали клоунов: одевали их в шаровары, учили танцевать гопак, внушали им, что вот эти штаны, гопак, тризуб и чуб, они и есть самая настоящая человеческая полноценность, а потом выпускали на арену.
Не все, разумеется, вербовались в клоуны. Но завербовалось достаточное количество, чтобы играть "авангард нации" всех видов — передовую вышиваночную молодежь, передовую интеллигенцию, крестьянство, искусство, даже передовых вышиваночных шахтеров, евреев и подводников.
Клоуны гопаковали, прохаживались гоголем, говорили на мове, спивали и ждали от публики искреннего восхищения.
Публика смеялась. Кто-то в кулак, кто-то вслух.
Клоуны недоумевали. Клоуны сердились. Клоуны учились ненавидеть. Клоуны угрожали. Клоуны рубили публику надувными саблями и расстреливали из надувных ружей.
Это было противно. Но все же смешно.
Клоуны прямо на глазах у публики разработали собственную философию, в которой клоуны являлись исключительным человеческим видом с особыми неповторимыми достоинствами, дающими им право на власть и установление правил и законов, на насилие.
Прямо на глазах у публики клоуны освоили новые виды представлений — факельные марши, грозные речевки. Начали петь песни про штурмгеверы. Обзавелись идолами и героями.
Один из этих идолов, согласно легенде, в юности для тренировки воли душил кошек, представляя на их месте "ворогов нации". Вы только представьте себе силу воображения, степень перевоплощения. Могли бы вы сами настолько хорошо поверить в то, что кошка — "ворог нации", чтобы придушить ее?
Сейчас, когда злые клоуны искренне радуются смерти женщины, погибшей при вчерашней бомбардировке Луганска, они просто точно так же представляют себе, что она — "ворог нации". Точно так же, как их бог Бандера представлял себе ворогов на месте кошек.
Они в образе.
Они не в состоянии жить настоящей жизнью в настоящем мире, с настоящими врагами, настоящими друзьями, настоящей любовью, настоящим искусством, настоящей литературой, настоящей войной. Они существуют в цирковых декорациях, приспособленных для того, чтобы карлики, уроды и клоуны могли казаться себе чем-то значительным и величественным.
Когда-то это было смешно.
Пока хозяин цирка не выдал озлобленным, обученным ненавидеть клоунам настоящее оружие.
Клоуны так натренировались заставлять себя верить, что сначала верят в то, что женщины и дети — вороги нации, затем жгут их в Одессе, расстреливают в Мариуполе, бомбят в Луганске, а потом верят в то, что это на самом деле не они их убили, а те убились сами. Потом верят в то, что героически победили страшных врагов. Потом — снова в то, что враги погибли сами.
Просто в клоунских шароварах и вышиванке под оселедцем нет никакого человека. Нет человеческой полноценной личности. Она выменяна хозяином цирка на прекрасные шаровары, вышиванку и оселедец.
И клоун считает, что совершил невероятно выгодный обмен потому, что так же проще. Гораздо проще записать себя в человеки на основании прекрасной, удобной, европейской национальной идентичности, которая доказывается шароварами и оселедцем, чем стать им ценой целой жизни.
У клоуна — сознание клоуна, лицедея, который умеет верить во все. Он готов поверить и принять как реальность любое отступление от нее, любую гипотезу, если это необходимо для сохранения образа. Они могут ползать на коленях перед иноземцем сегодня и искренне презирать вас за недостаточную свободу духа завтра.
Клоуны стреляют из настоящих автоматов, минометов, бомбят города. Людей. Живых. Превращают в мясо. И при этом заливаются истеричным цирковым хохотом, словно дерутся погремушками и стреляют из брызгалок.
Потому, что понятие реальности уже уничтожено. Правда — это то, что скажет хозяин цирка. Так проще.
Вот раньше читаешь что-то из перлов российской оппозиции — и смешно. То Романова православных непристойно обзовет, то ветеранов "жывотными", то Гозман СС приравняет к СМЕРШ, а Быков заявит, что не возражал бы стать абажуром, лишь бы не пришлось за свою жизнь благодарить этот несимпатичный народ. Да много они всего говорили и писали.
Противно было. Но смешно.
А сейчас уже нет.
Личный состав Луганской воинской части передислоцирован, никто не захвачен и не сдавал оружие, — Нацгвардия
Личный состав Луганской воинской части передислоцирован, никто из гвардийцев не захвачен и не сдавал оружие. Об этом "УНН" сообщили в пресс-службе Нацгвардии. "Почти все помещение воинской части во время штурма было уничтожено. Оставаться там не было никакого смысла. Нацгвардейцы отстреляли все, до последнего патрона, заставили террористов отступить и под огневым прикрытием передислоцировались", — заявили в пресс-службе. В Нацгвардии отметили, что ни один из гвардийцев не перешел на сторону террористов и никто не был захвачен. "Гвардейцы не отдали ни одной единицы оружия. Личный состав в / ч 3035 передислоцирован", — отметили в Нацгвардии.
Больше читайте здесь: 112.ua
бля... "передислоцирован"!!!!
не прорвались сквозь тесные ряды "террористов", коих было числом 100500, не отпускали их ополченцы.
это было "передислокация"!!!! части, а ополченцев там не было, неее.. ни "плотного снайперского, минометного огня, автоматического стрелкового оружия" .. не.... и ополченцев не убили ни одного, никого не ранили. а ранения нац.гвардии — дык это или бытовые ранения, или неосторожное обращение с оружием!!!.. яяя-баааа...
бля, "передислоцирован"!!!!
Нацгвардейцы отстреляли все, до последнего патрона, заставили террористов отступить и под огневым прикрытием передислоцировались
все отстреляли а ааа до паааследнего патрона
и под огневым прикрытием (темной-темной ночью) передислоцировались.
да ахуеть, нинзя. джапы нервно курят!
Первый раз это случилось в начале войны, когда фронт шёл с запада на восток. Местные жители отнеслись к немцу доброжелательно, даже напоили молоком.
Второй случай произошёл вскоре после освобождения, когда фронт прошёл обратно. Лётчика забили насмерть. Причём данный конкретный лётчик ничего плохого жителям данной конкретной деревни не сделал. Просто держался вызывающе, кто-то из деревенских его толкнул, ну а дальше… Конвой защитить не смог, потому что для спасения немца пришлось бы стрелять по своим.
Раненый вертолётчик, сбитый под Славянском — это первая стадия. Пыхалов.