Чат Ⅲ

Северск ночью оставлен во избежание окружения.
С утра идет бой на Карловке. Два укрских танка горят. Атака отбита.

Министр юстиции Украины Павел Петренко заявил, что Киев подал против России два иска в Европейский суд по правам человека. Первый касается Крыма – украинская сторона требует 1,2 триллиона гривен (более 100 млрд. долл.) в качестве компенсации за убытки от потери полуострова. А вот во втором речь идет о «вывозе детей с территории проведения антитеррористической операции». Даже название иска звучит дико –получается, Украина против, чтобы детей вывозили из зоны военных действий? Но по сути претензия выражается именно в этом.
Иск связан с инцидентом, который произошел еще 12 июня. Тогда дети-сироты и лишенные родительской опеки малыши были вывезены представителями ДНР из города Снежное Донецкой области в Россию и размещены на одной из турбаз Ростовской области. Но украинская сторона заявила, что автобус направлялся в один из лагерей Днепропетровской области, а «террористы» похитили его, насильно вывезли и удерживают детей в РФ. Ребята, по словам украинских чиновников, пересекли границу без необходимых разрешительных документов, с копиями свидетельств вместо оригиналов, а, значит, Россия нарушила международное законодательство, в том числе Гаагскую Конвенцию о гражданско-правовых аспектах международного похищения детей. Украина оперативно подала иск в ЕСПЧ с требованием возврата «заложников».

Литва примет на лечение четырех украинских военнослужащих, пострадавших на востоке Украины во время операции против ополченцев и мирного населения. Этот "знаменательный факт гуманизма" подтвердили в среду, 9 июля, литовские дипломаты.
А чё, например, пять не потянут? Це Йевропи чи шо?!

Монгол, не?

- Я же говорил, это как раз подходящее место для засад, — весело сказал Кристофер Робин.
— Душераздирающее зрелище, — пробормотал Иа.
— Я решил, что я его поймаю и я его поймал, — Пух снял с головы каску, похожую на горшок, и ткнул Иа локтем в нагрудную пластину бронежилета, — учись, осёл, как надо хвосты рубить.
Пятачок молчал. Дрожа всем телом, он продолжал прикручивать вышибной заряд к реактивной гранате, хотя в этом не было уже никакой необходимости. Он даже не пытался скрыть свой испуг. Тяжело ничего не бояться, когда ты, всего-навсего, Очень Маленькое Существо.
Ожила и захрипела моторолла на плечевой лямке разгрузки Кристофера Робина.
— Всё, харэ прохлаждаться, двинули, — Пух закинул гранатомет за плечо и зашагал в глубину Леса. Остальные потянулись за ним.
На опушке остался чадящий копотью транспортёр с огромной надписью на борту "СЛОНОПОТАМ". Поодаль, грязными, бесформенными кучками, лежало то, что осталось от Бук. Или от Бяк, какая, собственно говоря, разница.
Глава, в которой Пух находит хвост Иа-Иа.
- Осторожно! Не наступи на растяжку. — Сова придержала медвежонка за рюкзак.
— Откуда здесь растяжки, сроду их тут не стояло, — удивился Пух, но послушно замер и внимательно посмотрел под ноги.
— Так я их и поставила,- объяснила Сова, — мало ли, вдруг Буки пойдут, а обычная процедура в таких случаях нижеследующая...
— Какая цедура? — сказал Пух, — ты не забывай, что у меня в голове опилки и длинные слова меня только огорчают.
Сова вздохнула. Она значительно уступала медведю в габаритах, поэтому огорчать Пуха ей не хотелось — кто знает, что взбредет в контуженную плюшевую голову, набитую опилками.
-Это означает то, что надо сделать, — пояснила Сова и стала объяснять и говорить какие-то ужасно длинные слова, и слова эти становились все длиннее и длиннее...
— Понятно, понятно, сказал Пух, кивая головой, — кстати, если ставишь мины — пиши объявление, тут и Тигра мог проскакать и Пятачок здесь за жолудями шляется.
— Как ты его не видишь? — спросила Сова, явно удивившись, — повернись, вот оно, прямо над растяжкой.
Они повернулись и Пух увидел кусок вертолетной обшивки с криво накарябанной надписью "Achtung, Minen!". Он внимательно прочел объявление, сначала слева направо, а потом, на тот случай, если он что-нибудь пропустил, справа налево. Затем он посмотрел на гранату, чем-то похожую на дверной колокольчик, и шнурок, который тянулся от неё, и чем больше он смотрел на шнурок растяжки, тем больше он чувствовал, что он где-то видел что-то очень похожее... Где-то совсем в другом месте, когда-то раньше...
— Удобный шнурок, правда? — спросила Сова.
Пух кивнул.
— Отличная вещь, — продолжала Сова, — когда ставишь растяжку на проволоке, она блестит в траве и сразу заметно, а с этой штукой, ну-ка, попробуй разгляди...
— Сова,- сказал Пух задумчиво, — а ведь шнурок этот очень нужен Иа. Он был к нему привязан. Очень крепко привязан. Это его хвост.
— Так что теперь, — удивилась Сова, — растяжку снимать, что ли? А если Буки пойдут? А если тут появится пятнистый Щасвирнус? Подумаешь, хвост. Вспомни, что Кристофер Робин говорит — всё для фронта, всё для победы. А осёл — он и есть осёл, без хвоста перебьётся.
— Наверное, ты права, — согласился Пух, — кстати, насчет победы, — не пора ли нам подкрепится, скажем ложечкой сгущенного молока или, например, одним глоточком мёда...