-
-
21 ноя 10Достоинство — стоимость жизни, а не ее цена. Достоинство нельзя купить и бессмысленно продавать. Торг не просто уничтожает достоинство, но свидетельствует, что ты им и не обладал.
Достоинство — не награда за поступок, а реальная среда твоего существования. Его невозможно отобрать.
Покушение на него силой и властью унижает того, кто покушается, и свидетельствует о слабости насильников.
Не о них речь, но, бывает, ночью, когда проснешься, навязчивая мысль прилепится к тебе: о несделанном или сделанном неточно, или тебя обидели, а ты не ответил, или ты обидел и не попросил прощения, или отважился на поступок, а не совершил его… и теперь повторяешь, повторяешь, как надо, как мог бы и как хотел. Словно уверенность (или, напротив, самоуверенность) вдруг покинула тебя, и ты внезапно оценил свое место и положение вещей вокруг тебя, и знаешь, как будет дальше, и уговариваешь свой мир и тот, что вокруг, почти одинаковыми словами-заклинаниями «так верно, так верно».
А как верно?
И вот щелкаешь затвором разума, пытаясь отшелушить ненужное, неважное, пустое, мертвое, и не находишь точные образы необъявленного или не можешь их узнать.
Между тем вот они:
— один выходит из людей и под прицелом и ровно идет в ад, чтобы вывести из него детей и женщин, думая о стоимости жизни или забыв о ней, а только о том, что должен совершить попытку, которую потом мы, всего лишь сочувствующие, назовем поступком. И выводит. Оплачивая мотив поведения спасенными жизнями или (не дай Бог) утраченной своей;
— другой ночью, тихо, «на мягких лапах» приезжает на дымящееся побоище, предотвратить которое не умел или не хотел, и, держа под прицелом людей, поправляет одеяльце у раненого ребенка, словно ленту на венке, возложенном к памятнику от его имени. А потом перед объективом стоит в церкви, думая, сколь повысилась, понизилась или сохранилась его цена на политическом торжище.
Один совершил намерение по определенному им самим долгу.
Другой намерений не проявил, хотя долг ему определен.
Один сохранил достоинство.
Другой — нет.
Это всего лишь образы. Но что наша жизнь без них?
Чувств надобно достигать. Нельзя заставить любить, доверять и верить. Разве что уважать.
«Он уважать себя заставил…» — это значит — ушел из нашей жизни. Сам.-
-
-
21 ноя 10Автор не прав, потому как достоинство является по определению "морально-нравственная категория, означающая уважение и самоуважение человеческой личности". А стало быть мораль второго участника событий которые описал автор позволяет ему считать себя "достоиным" и "самоуважать" себя за его поступок.
-
-
-
-
-
-
-
-
21 ноя 10Социальные принципы христианства оправдывали античное рабство, превозносили средневековое крепостничество и умеют также, в случае нужды, защищать, хотя и с жалкими ужимками, угнетение пролетариата.
Социальные принципы христианства проповедуют необходимость существования классов – господствующего и угнетенного, и для последнего у них находится лишь благочестивое пожелание, дабы первый ему благодетельствовал.
Социальные принципы христианства переносят на небо обещанную консисторским советником компенсацию за все испытанные мерзости, оправдывая тем самым дальнейшее существование этих мерзостей на земле.
Социальные принципы христианства объявляют все гнусности, чинимые угнетателями по отношению к угнетенным, либо справедливым наказанием за первородный и другие грехи, либо испытанием, которое господь в своей бесконечной мудрости ниспосылает людям во искупление их грехов.
Социальные принципы христианства превозносят трусость, презрение к самому себе, самоунижение, смирение, покорность, словом – все качества черни, но для пролетариата, который не желает, чтобы с ним обращались, как с чернью, для пролетариата смелость, сознание собственного достоинства, чувство гордости и независимости – важнее хлеба.
На социальных принципах христианства лежит печать пронырливости и ханжества, пролетариат же – революционен.
-
-
-
-
-
-
-
-
-
-
-
21 ноя 10В день, когда весь мир вспоминает начало Нюрнбергского процесса, администрация итальянского аэропорта Тревизо выбрала странный способ привлечь к себе внимание.
Над забором, окружающим летное поле, появилась табличка «Fliegen macht frei», дословно — «Полеты делают свободным».
Учитывая, что надпись сделана на немецком и повешена на забор с колючаей проволокой, очевидна аналогия с нацистским концлагерем Освенцим. Именно на его воротах установлена кованая табличка «Arbeit macht frei» — «Труд делает свободным». Решение администрации аэропорта Тревизо вызвала раздражение местного населения, и префект потребовал убрать надпись.
В октябре президент Чили Себастьян Пиньера в написал в книге отзывов в резиденции президента ФРГ фразу «Германия превыше всего» (Deutschland uber alles). Она относится к написанному еще в XIX веке стихотворению, однако позднее именно эта строчка стала известнейшим символом нацистской идеологии Третьего рейха. По словам Пиньеры, он не знал, что фраза связана с нацистами.-
21 ноя 10
-
-
-
-
Сделано с
NoNaMe