У политических комментаторов не существует согласия в том, что двигало президентом, когда он запросил разрешение у Совета Федерации использовать армию на Украине. Одни говорят о «восстановлении исторической справедливости», «собирании русских земель», «исправлении исторических ошибок», другие с этой целью анализируют книжки, которые читает Владимир Путин. Но кто бы из них ни был прав, единственным бесспорным исчисляемым результатом кампании – кроме того, что «Крым наш», – является рост поддержки Путина. В июне, по данным «Левада-центра», его действия на посту президента одобряли 86% россиян.
Похожий эффект уже приходилось наблюдать и ранее. В 1999 году, после взрыва домов в Москве и начала второй чеченской войны, популярность Путина, тогда премьер-министра, стремительно выросла за три месяца – с 31% до 80–84% (в два с половиной раза). Уже тогда особую роль в этом играли политтехнологи, которые не упускали возможности похвастаться перед знакомыми, как на волне всеобщего патриотизма они сделают из малоизвестного преемника конфетку и обеспечат его избрание на пост президента. Сходным образом осенью 2008 года, во время войны с Грузией, одобрение действий Путина достигло 88%. Похоже развиваются события и сегодня.
